Воспитанница краснодарской школы гандбола Вероника Чипула после четырёх лет в Москве вернулась в родную «Кубань», которая наконец объявила имя тренера вратарей — ей стала олимпийская чемпионка 2016 года Виктория Калинина. Разумеется, обсудили и эту тему.

— Ты четыре года провела в Москве. Почему в итоге решила вернуться в «Кубань?»

— Основная причина — окончание моего контракта с ЦСКА, ведь в «Луче» я находилась в аренде. Мне напрямую сказали, что оставить на тех же условиях не смогут. Руководство хотело бы, но это было невозможно.

Поэтому я позвонила агенту, мы разговаривали с разными клубами, было несколько возможных вариантов. Но я решила попробовать позвонить в «Кубань». Сначала — Денису Энверовичу (на тот момент главный тренер «Кубани» Сайфулин — БЦ), он ответил, что поговорит с Ириной Смирновой (на тот момент генеральный директор «Кубани» — БЦ), и вскоре она сама уже перезвонила. Мы обговорили все условия, и я приняла такое решение.

Конечно, одним из главных факторов стало, что тут дом, семья. Я четыре года была вдали от родных, очень сильно соскучилась. Вдобавок мне интересно было поработать рядом с Юлией Пойловой. В последние сезоны она одна из лучших вратарей Суперлиги — отличный шанс набраться опыта! В общем, расцениваю это как новую возможность в карьере.

— А не боялась конкуренции с Пойловой? Всё-таки в «Кубани» она очевидно играет роль первого номера. Да и когда ты переходила, ещё не было известно о судьбе других голкиперов — Ирины Михайлюты, Юлианы Скнарь, Вероники Карпец… Не боялась, что будет мало игрового времени?

— Не буду лукавить, опасения были: вдруг не поверят в меня, не будут доверять? Но для меня этот переход — выход из зоны комфорта. Так что я, наоборот, подумала, что дополнительная конкуренция от опытных игроков поможет мне сделать скачок вперёд. Что это даст дополнительную мотивацию. В принципе так и вышло, у меня ещё больше желания работать, проявить себя и доказать, что я нужна команде.

— Как оцениваешь в целом четыре московских сезона?

— С точки зрения развития своей игры, игрового мышления, технических действий — этот период пошёл мне на пользу. Когда я уходила из «Кубани», то была недостаточно уверена в себе, было много лишних мыслей в голове. Сейчас могу их отогнать и более трезво оценить ситуацию.

Период в Москве получился волнообразным. Первый год стал большим скачком вверх для меня, я много играла, практически по 60 минут. В результате так провела год в «Луче», что ЦСКА отозвал меня из аренды на следующий сезон, хотя я вообще этого не ожидала.

Но там, к сожалению, не получилось проявить себя так, чтобы закрепиться в команде. Сезон вышел странным. Вот вроде команда выиграла Суперкубок, я в заявке, значит, тоже его выиграла? Но как это можно считать, если даже на семиметровый не выходила?

Но год тоже был полезным, это возможность поработать с другими тренерами по вратарям. В том сезоне получилось даже с двумя — сначала с белорусским специалистом Николаем Зенько, а потом с олимпийской чемпионкой Анной Седойкиной. Уровень бросков тоже совершенно другого уровня. Ведь даже те, кто в запасе, всё равно проходят весь тренировочный процесс.

И всё-таки у меня было очень мало игрового времени, я не всегда попадала в заявку и на следующий сезон снова вернулась в аренду в «Луч».

Третий сезон был рабочим, без больших всплесков и падений. А вот последние полгода немного смазали впечатление. Я почти не играла, мне совершенно не доверяли. Так что, думаю, переход в «Кубань» — к лучшему.

Мне кажется, что последние два года были для моей карьеры пусть не спадом, но топтанием на месте, прежде всего в психологическом плане, хотя меня окружали замечательные люди.

— А с точки зрения жизни — привыкла к Москве и её ритму? Или рада вернуться в Краснодар?

— Ох, разбиваешь сердце таким вопросом. Конечно, Краснодар навсегда остаётся моим родным и любимым городом, но и в Москве я прижилась. Можно сказать, что она стала для меня вторым домом. Тут очень много людей, которых я люблю. Тем более здесь у меня живёт сестра. Перед отъездом собирала близких людей, собралось больше двадцати человек!

Причём я никогда не думала, что смогу прижиться в Москве, воспринимала её как какой-то «суетной город», в котором можно только работать — и больше ничего. Но друзья раскрыли мне глаза, показали, как тут может быть весело и хорошо. Так что да — второй дом.

— Назовёшь три самых памятных события, произошедших в Москве?

— Наверное, одно из самых памятных событий — свадьба моей сестры Стеллы и Вити. Тогда и мой молодой человек Дима (Черномашенцев, тоже вратарь, известный по выступлениям за «Каустик», «Зилант» и «Ростов-Дон» — БЦ), смог приехать, и почти вся наша семья собралась. Ещё и погулять успели все вместе по Москве до празднования.

Другое воспоминание связано с празднованием Нового года с Димой и нашими друзьями в Москве. Обычно на этот праздник игроки разъезжаются по домам. А тут нам дали всего три дня, ехать в Краснодар не было смысла.

Дима тоже поехал не к семье в Волгоград из Казани, а ко мне в Москву. И мы вместе праздновали в квартире Сони Суховой и Егора Егорова. Там были Оля Целуйко с молодым человеком, Аня Шеина, потом ещё друзья подъезжали. Для меня это был второй Новый год, когда я праздновала его не с семьёй, а с друзьями. Было очень весело.

Ну вот, получается, что все события связаны с людьми, а не с городом. Их мне Москва и подарила.

О, кстати, ещё права я в Москве получила! Мы пошли вместе с Олей Целуйко к одному инструктору. Я понимала, что это полезный навык, но боялась жутко, страшно было даже садиться за руль. Но я понимала, что всё равно скорее всего когда-нибудь вернусь в Краснодар, если не прямо сейчас, то в старости так точно. А по Краснодарскому краю намного удобнее передвигаться на машине. Так что пришлось перебороть свои страхи и получать права.

Я ещё и сдавала на механику. Так что было тяжело, тем более в Москве. Мы катались по Митину, уже на третьем занятии выехали в город. Я была в ужасе: «Какой город? Нам туда не надо, давайте лучше здесь вокруг фишечек покатаемся».

Потом, когда стало получаться, я полюбила водить. И вот права у меня тоже прочно ассоциируются с Москвой. Это вышло дороже, чем обошлось бы в Краснодаре. Зато теперь из-за опыта столичных дорог мне легче передвигаться на машине в других городах.

— Перейдём к переезду. Как четыре года жизни запихнуть в чемодан?

— На самом деле вышло не так страшно, как я думала. Мы запланировали дату в июне, чтоб у Димы тоже было два выходных. Игровую карьеру он завершил и сейчас работает удалённо. Так что за эти два дня мы перебрались в Краснодар, он успел там разложить компьютер и продолжил работать.

Где-то за неделю до этого я начала собирать все вещи, их действительно накопилось много. Мы заказали грузовую машину, спасибо Зареме Кобж, она дала контакты, по которым мы довольно экономно смогли перевезти всё.

Я очень волновалась за кошку, мою Клеопатру. Но сложилось ощущение, что это был лучший день в её жизни. Ей все было интересно, лазала по всей машине, даже не отвлекалась на еду. Дима следил, чтоб Клеопатра не мешала мне за рулём. У неё была открытая переноска, так что она могла там отдохнуть или выйти походить. А доехали мы быстро — за 16 часов, с двумя остановками.

— С этими переездами отпуск вообще был? Удалось отдохнуть?

— Как ни странно, да. Мы даже успели съездить на море в Криницу, это под Геленджиком посёлок. Там очень тихо, отличное море. Туда ещё подъехала моя подруга со своим парнем. Они и поводили нас по самому Геленджику, а мы с Димой были как туристы, гуляли по набережной, здорово провели время.

— В Краснодаре у тебя родственники — сильно обрадовались?

— Конечно, особенно бабушка и папа. Они моя самая большая поддержка и опора. Папа всегда старается приходить на игры, он даже в Москву приезжал периодически, да и на юге регулярно болеет за меня не только в Краснодаре, но и на выездных матчах в Майкопе.

Бабушка очень обрадовалась, что будем видеться не раз в полгода, а хотя бы каждый месяц. В Москве у нас была своеобразная традиция — обязательно встречаться с сестрой минимум раз в месяц. Так что теперь это негласное правило перекочевало на встречи с бабушкой.

Женщины кричат, когда что-то не получается, а мужчины — если получается, но не так, как они сказали

— И вот ты в «Кубани». При этом летом было много слухов о проблемах с финансированием, о перестановках в структуре клуба, смене директора, тренера — всё это нервировало?

— Не сказала бы. Да, волнение было, потому что мы видели, что идёт какое-то движение и не могли понять, как всё будет. Тем более летом на собрании нам представили руководителя — Степана Сидорчука, и он тоже говорил, что пока что есть финансовые трудности, которые стараются решить.

Но на себе мы этого не почувствовали особо, зарплата выплачивалась в срок, условия были хорошими для тренировочного процесса, поэтому надеялись, что скоро всё устаканится. И действительно — дальше стала понятна структура, представили директора, тренерский штаб, пошёл обычный рабочий процесс.

— Тренером стала Оксана Роменская. Чем отличается работа с мужчиной и женщиной как с наставниками?

— Могу говорить только за себя, но я каких-то больших отличий не вижу. Как у всех тренеров — есть свои требования, какие-то особенности, выполняй — и всё будет хорошо, не выполняешь — тогда могут возникнуть проблемы.

Говорят, что женщины более эмоциональны. Я бы так не сказала. У меня, наоборот, складывалось, что тренеры-мужчины более эмоциональны и даже агрессивны. Понятно, что кричат все. Но будто бы женщины кричат, когда что-то не получается, а мужчины — если получается, но не так, как они сказали. Впрочем, мне сложно судить, я вратарь, мы обычно больше работаем отдельно со своим тренером.

С главным тренером мы пересекаемся пару раз за тренировку, когда девчонки на зоне стоят. Поэтому я бы не сказала, что есть большая разница по половому признаку. Конкретно в людях есть различия. Кто-то больше доверяет, другой — меньше.

Кто-то подходил и объяснял, что я тебя не заявил, потому что — и далее список причин, надо поработать над этим и улучшить. А кто-то вообще ничего не говорил, просто не заявлял. Но всё это было как от женщин, так и от мужчин, так что у тренера нет пола, есть только профессионализм.

Что касается Оксаны Викторовны, то диалог с ней налажен, и это радует. Если ты что-то делаешь не так, как сказано, то она всегда узнает причину, и если получит логичный ответ, то может прислушаться или что-то перестроить. То есть она всегда нацелена на разговор, это её главный плюс. К ней всегда можно подойти и поговорить, что не получается, обсудить — почему так.

Она много доверяет молодым, при этом даёт шанс всем, во всяком случае — мне так кажется, в общем, поддерживает младших и опирается на опыт старших.

— Ты сказала, что с главным тренером вы почти не пересекаетесь. Но при это «Кубань» долго была без тренера вратарей. Расскажи, что вообще отдельный наставник даёт голкиперам и как обходиться без него?

— Мне повезло, я поработала с большим количеством классных тренеров. Началось всё в Краснодаре, со мной работала легендарная Светлана Юрьевна Розинцева. Она ставила мне технику и давала всю базу, это было в самом начале, ещё по детям. Мы тогда работали с Алексеем Гузовым. Кстати, Розинцева первой научила меня рисовать карту бросков и следить за соперниками.

Потом был Павел Алексеевич Сукосян в «Кубани». Он много рассказывал о том, как можно прочитать, куда бросит игрок по тому, какой траектории он набегает.

Потом ещё был Евгений Константинович Кашкаров. Он больше объяснял, как можно запутать бросающего, открыть ближний, а потом прыгнуть туда и подобным тонкостям.

Потом я оказалась в «Луче», там были Измайловы. С ними мы много работали над подвижностью, то, сколько упражнений было на ноги — это что-то невероятное. Ирина Валентиновна давала много упражнений на растяжку, благо у меня с этим проблем не было. Николай Александрович помог мне с пасом, чтобы мяч летел по хорошей траектории.

В ЦСКА сначала был Николай Зенько, Он старался улучшить нам реакцию и рассказывал, как нужно отбивать мячи на линии ворот, не сильно выходя на свободно бросающего игрока.

После него пришла Анна Седойкина. Она помогала разбирать игроков, чётко по бросающим подмечала разные детали, очень помогла с подготовкой к матчам.

В «Луче» с нами работал Эдуард Владимирович Седов, и он будто собрал воедино то, чему учили все до этого. Мне кажется, за эти два года мы делали всё, работали над всем: реакцией, подвижностью ног, пасом. Но, справедливости ради, с ним я и работала дольше всех — два года.

Что касается «Кубани», то теперь у нас тоже есть тренер вратарей — олимпийская чемпионка Виктория Калинина.

Пока мы только начали работать, так что мне трудно что-то конкретное сказать. Но, кажется, мне наиболее близка её техника. Мне и до этого часто говорили, что мы по стилю похожи. Сейчас это подтверждается, когда она рассказывает какие-то вещи, мне они очень близки. Но я и раньше это замечала, когда мы играли вместе в «Кубани». Так что рада возможности поработать с ней.

— Расскажи ещё немного о работе с Юлей Пойловой. В чём её секрет?

— Если б я знала, тоже бы такой результат показывала! Пока что я сама пытаюсь понять, как она это делает. Юля очень грамотно читает игру, игроков, я просто восхищаюсь этим умением. Очень бы хотелось научиться так.

В жизни она очень общительная, дружелюбная. У нас отличные рабочие отношения, Юля много мне помогает, подсказывает. К слову, все семиметровые, что я отбила — это она точно сказала мне, кто, куда и как бросит! Я просто иду и делаю, что она говорит. Я тоже стараюсь поддерживать и подсказывать что-то во время игры. Мне очень комфортно с ней работать, надеюсь — ей со мной тоже.

Мне очень понравился пляжный гандбол, это психологическая разгрузка

— В этом сезоне ты успела поиграть не только в Суперлиге, но и в высшей лиге. Как ты к этому относишься, как к дополнительной игровой практике или как к тревожному звоночку, что выпадаешь из состава основы?

— Скорее, как к дополнительному опыту. Наверное, если б я при этом пропускала игры Суперлиги, то это волновало бы меня больше. А так это было лишь дополнением. Тем более игра высшей лиги была как раз после матча, где я вообще не выходила, всё время играла Юля.

Так что представился шанс поддержать игровую форму и полноценно наиграться. Кстати, в «вышке» — тоже очень хорошие девчонки, многие привлекаются к Суперлиге, у них хорошие броски.

— В Москве ты играла в пляжный гандбол, в этом сезоне «Кубань» на песке не была представлена, но если вдруг — готова продолжать играть в пляжку?

— Кстати, пляжный гандбол тоже ассоциируется у меня с Москвой. Именно тут я полюбила играть на песке. Мне очень понравился пляжный гандбол, это психологическая разгрузка, так что если позовут, конечно, я готова!

Летом, к сожалению, не получилась сыграть прощальный финал с МГА. Я играла на предварительном этапе, но потом во время решающих матчей нужно было уже уезжать в Краснодар, хотя очень хотелось быть с девчонками.

Но я очень болела за них и горжусь, что они победили. Когда какой-то матч пропускала, обязательно смотрела в записи, специально даже не читала сообщения, чтобы не спойлерить.

— Твой молодой человек Дима Черномашенцев — тоже гандболист, тоже вратарь, пусть и завершил карьеру. Подсказывает ли он по игре? И как ты реагируешь на эти подсказки?

— Вообще я не люблю, когда мне лишний раз что-то говорят. Но сейчас он тоже привык к этому и старается не попадать под горячую руку. Как он говорит: «Кубанойдка, с тобой лучше не спорить, это бесполезно». Если он хочет что-то сказать, то лучше спустя время, когда я уже остыла, через день-два после игры. Тогда да, он может подойти и сказать, как лучше было сыграть и пообсуждать уже более детально технико-тактическую часть моей игры.

Но я бы сказала, что мне больше важна какая-то эмоциональная поддержка, чем непосредственно техническая — как правильно стоять в воротах.

Источник: «Быстрый центр» https://vk.ru/wall-161301425_96971